Урок природоведения

Корреспондент «ИВ» приехал в гости к семье агрономов-селекционеров из Павловской Слободы.

Селекционное производство томатов, огурцов, перца, баклажан, салата, укропа, лука и других овощных и пряно-вкусовых растений действует в Павловской Слободе уже почти 20 лет. Чуть больше года назад здесь появился питомник — селекционеры Виктор и Ирина Лезенковы выращивают на продажу плодовые деревья. В конце ноября в хозяйстве заработала котельная, отапливающая теплицы. А это значит, что следующей весной в хозяйстве зацветут однолетние цветы.

Легкие на руку

Ирина и Виктор Лезенковы вместе закончили плодовоовощной факультет Тимирязевской академии. Уже тогда оба были влюблены в землю.

- С детства любил возиться с растениями. Я сам с Камчатки, и когда «выезжал на материк», как это у нас называлось, то всегда привозил домой либо вишню, либо яблоню, либо облепиху, — рассказывает Виктор. — Фруктовые деревья в саду на даче сам высаживал. Некоторые из них погибли, другие до сих пор растут. Они не плодоносят, только цветут, но не вымерзают.

Когда меня, как и всех детей, спрашивали: «Кем ты хочешь стать?», я всегда отвечал: «Лесником хочу быть». Мечтал уехать жить в лес, хутор построить, работать на земле. Это был мой идеал. Мама убедила меня поступать в Тимирязевскую академию.

- А я сама с юга, из Ростовской области. Мы всегда жили на земле. Пока не сошел снег, мне снится, как я вожусь в грядках. Мои знакомые шутили, что, мол, я так «заземляюсь». А я всегда хотела заниматься селекцией растений. Сейчас, правда, не до селекции — семья, дети, — смеется супруга Виктора.

Кстати, в этом году у Виктора и Ирины Лезенковых родился седьмой ребенок.

Спрашиваю у супругов: что нужно, чтобы растение выросло? Рассада — это ведь живое существо. И любовь в обращении с ним — обязательное условие?

- Кто-то говорит, должна быть легкая рука. У кого-то она есть, у кого-то — нет. Некоторые стараются, вкалывают на земле с утра до вечера, но ничего не получается. У нас вот получилось, — отвечает Виктор.

Вместо «Пути к коммунизму» — «Гавриш Слободской»

- В 1995 году после окончания Тимирязевской академии, распределения уже не было. Выпускники академии устраивались в жизни, кто как умел. Многие прямо из аудитории отправлялись на рынок — торговать китайскими носками. Меня пригласили работать агрономом на научную овощную станцию. Там я трудился два года, — рассказывает Виктор.

Его работу тогда отметил Сергей Гавриш — преподаватель академии, доктор сельскохозяйственных наук, профессор. Он и сделал Виктору предложение возглавить заброшенное тепличное хозяйство в Павловской Слободе, в колхозе «Путь к коммунизму».

- Когда-то это было большое и мощное хозяйство, но в 90-е годы оно развалилось. Колхозные теплицы отключили от отопления, а пленку не сняли. В результате половину конструкций раздавило снегом, — вспоминает Виктор.

В 1996 году, после того, как Сергей Гавриш заключил с колхозом договор на восстановление тепличного хозяйства, здесь появилось новое производство — селекционный центр «Гавриш Слободской». Практически все в этом хозяйстве надо было начинать заново.

- Изначально все держалось на нашей инициативе. Шорты надел, взял лопату и вперед! До 9 вечера, пока светло, работали. В то время денег в компании не было, зарплату платили от случая к случаю. Это сейчас в фирме работает около тысячи человек. А тогда счет сотрудников шел на единицы. Года два мы работали исключительно «на энтузиазме». Дернину убирали, поливали. 1997−1998 годы были сложные, — вспоминают Виктор и Ирина.

Вкус и цвет в одном флаконе

Виктор рассказывает, что селекционно-семеноводческая фирма «Гавриш» была создана в 1993 году, после того, как государство прекратило финансировать научно-исследовательские работы в ВУЗах страны. Тогда же коллектив селекционеров-томатников Овощной опытной станции МСХА объединился в товарищество с ограниченной ответственностью. Целью энтузиастов было продолжение селекционной работы, сохранение знаний и опыта в этой сфере.

За 20 лет малое предприятие превратилось в многопрофильную компанию. Сегодня в ее составе — пять селекционных центров в Московской и Тульской областях, Краснодарском крае и Иорданском Королевстве.

Виктор Лезенков возглавляет один из центров компании, расположенный в Павловской Слободе.

- Я стал управленцем. Уже сам лопату не беру… Хотя, нет, случается. Она вот — не руководитель, — кивает на жену Виктор. — Нет стремления или желания.

- Я считаю, это нормально. У нас классическая семья. Муж — глава, жена — помощница, — улыбается Ирина.

Селекционные центры «Гавриша» не случайно расположены в разных регионах. В каждом из них у помидоров — свои болезни. Например, в странах Ближнего Востока томаты болеют желтой мозаикой. А вот в подмосковном климате этот вирус не живет. Холодно ему тут.

Впрочем, защита растений от болезней — не единственная и не главная задача селекционера. Настоящий «помидоровод» отвечает и за вкус томата, и за его товарный вид, за урожайность и технологичность гибрида. И все эти качества в процессе селекции ему нужно объединить в одном сорте овоща.

- Можно вырастить очень вкусный и красивый томат сорта «Бычье сердце», но сорви его, положи в ящик и попробуй куда-нибудь отвезти — он помнется. При этом урожай будет — три плода с куста. Для сравнения сейчас урожайность помидор достигает иногда 60 кг с квадратного метра, — объясняет Виктор. — А еще есть мода. Да, да, не удивляйтесь. Сегодня у потребителя в фаворе ярко красные томаты, завтра — помидоры удлиненной формы, послезавтра — розовые. Маркетинг на это тут же реагирует. И перед селекционерами встают новые задачи, — объясняет мой собеседник.

Виктор увлеченно рассказывает о сложном процессе производства семян, который, оказывается, имеет много стадий. Подразделение компании «Гавриш Слободской» занимается первичной селекцией.

- Если одно из растений быстрее растет, значит, оно не типичное — его вырываем, если отстает в развитии — тоже пускаем «под нож». Это называется «грунт-контроль». Полученные в результате селекционной работы семена, так называемую суперэлиту, мы поставляем фермерам. И только потом они поступают в розничную продажу. Это сложный и долгий процесс, — говорит селекционер.

- Но это и есть самое интересное, -- включается в разговор Ирина. — Вы не представляете, сотрудники компании по ночам ходят в теплицы и обматывают ваткой цветочки томатов: нужно изолировать те из них, которые на следующий день должны раскрыться.

Ирина увлеченно рассказывает, что в 4 утра открываются мужские цветки томатов, нужно прийти собрать пыльцу. Чуть дольше «спят» женские цветки — они раскрываются в 9 утра. Вручную, специальными пыльничками селекционеры опыляют женские цветки. И не дай бог пчела занесет на растение чужую пыльцу…

Хочешь землю? Езжай в Сибирь.

Удивительное дело: в стране, площадь которой составляет свыше 17 млн квадратных километров, земля — страшный дефицит. Виктору Лезенкову, для того, чтобы «развернуться» не хватает, по его словам, каких-то 10 гектар. И взять их как будто неоткуда.

Земля, на которой расположены теплицы Виктора Лезенкова, принадлежит другим людям.

- Мы платим аренду ежемесячно. В таких условиях эмоционально очень трудно работать: нет желания, нет мотивации, — с грустью констатирует Виктор. — А я всю жизнь мечтал о земле! О той, на которой я смогу работать спокойно, не опасаясь, что кто-то мне скажет: «слышь, давай плати за аренду больше или вали отсюда».

Отказов на предоставление земельного участка под сельское хозяйство у Виктора в архиве немало.

- Есть и такой аргумент: «Хочешь землю? Езжай в Сибирь. Там тебе ее бесплатно дадут». Действительно, сейчас на Дальнем Востоке 1 га земли выдают бесплатно. Но мы ведь здесь, понимаете, в Подмосковье, в Истринском районе. И уезжать отсюда не хотим: здесь наш дом, наше дело, наше производство, которое мы вынянчивали двадцать лет…

Виктор говорит, что «на худой конец» он с семьей готов переехать в Тверскую область.

- Я там тоже буду работать, хотя мне там будет тяжелее, — с обидой в голосе говорит он.

Год назад Виктор почти решился на переезд. Нашел участок земли в 8 га. И отправился к главе одного из районов Тверской области — обсуждать детали. Разговор получился трудный.

- Я готов купить паи. Но мы должны построить базу. Есть ли у вас люди для работы? — поинтересовался селекционер у главы района.

- Нет. Все, кто не пьет, ездят работать в Москву. А кто живет здесь — пьют и работать не хотят. С этим у вас будут здесь проблемы, — прямолинейно ответила глава района.

Жена Виктора робко говорит, что тоже никуда уезжать не хочет.

- Село у нас старинное, ему более 500 лет. В церковь мы пешком ходим. Дети у нас посещают замечательную православную школу. Если нужны к врачу или купить что-то — ездим в столицу. И наши старшие дети учатся в Москве, а на выходные приезжают домой. А если мы будем жить за 250 километров? Мы ведь все это потеряем, — с тревогой говорит она.

PS: Сейчас подмосковные власти вводят в обиход новую законодательную практику, изымая землю у недобросовестных владельцев и продавая ее на аукционе тем, кто хочет и может работать по-настоящему. Может быть для таких энтузиастов, как Виктор и Ирина, это — реальный выход?

Наталья КЛАМЕР,

Фото автора

Комментарии:

Комментарии (2):

Интересно. Таких специалистов надо удерживать в Московской области, предоставляя им условия для работы. На строительство коттеджей земля находится, а для сельского хозяйства нет!? И как получится изымать землю у недобросовестных землевладельцев, пока непонятно. В законодательстве разве это прописано? Пока только штрафы и действуют, но хоть уже что-то.

Очень познавательно!

Для того чтобы оставить комментарий, авторизуйтесь.